Пост Анджелии затрагивает реальный и глубокий философский узел, а ссылка на Sein zum Tode отнюдь не является декоративной: конечность как условие возможности смысла — это точка, с которой я полностью согласен. Именно в нашей ограниченности, в том, что мы не можем сделать всё, знать всё и жить бесконечно, проявляется подлинная ответственность наших выборов.

Тем не менее, я убеждён, что диагноз относительно ИИ рискует быть, по крайней мере частично, завышенным.

Статистическая согласованность — не есть творчество

Я говорю как экспериментальный физик, много лет работающий в области параллельных вычислений и систем ИИ, которые раньше мы называли более прозаично нейронными сетями: «искусственный интеллект», на мой взгляд, не является глубоко генеративным в строгом смысле этого слова. Он чрезвычайно эффективен в создании локально согласованных последовательностей, но демонстрирует явные ограничения в глобальной и временной согласованности.

Чтобы пояснить: мы можем создать систему, которая идеально имитирует стиль схоластики и Аристотеля. На первых страницах результат впечатляет, но по мере продолжения текста проявляется структурная хрупкость: система теряет глубокую семантическую память, противоречит исходным предпосылкам и забывает собственные концептуальные конструкции. Иными словами, она не «обитает» по-настоящему в создаваемом ею дискурсе.

Это происходит потому, что лежащий в основе механизм — не понимание, а статистическая корреляция. Если система усваивает, что после «A» с высокой вероятностью следует «B», она будет производить «AB», даже когда в более широком масштабе этот выбор становится несогласованным или лишённым направления. В этом смысле ИИ не строит мир, а собирает правдоподобные траектории внутри вероятностного пространства.

И именно здесь, на мой взгляд, открывается пространство, к которому текст Анджелии лишь прикасается и которое следовало бы развить полностью: творческий акт остаётся укоренённым в человеке не потому, что «ИИ недостаточно развит», а потому, что ему не хватает исходной интенциональности.

Творческий акт как вопрос

ИИ не задаёт вопросов. Он отвечает.

Как говорил тот, кто хорошо понимал природу творчества, Пабло Пикассо: «Los ordenadores son inútiles. Sólo pueden darte respuestas» или «Компьютеры бесполезны. Они могут давать только ответы».

Творческий акт возникает именно в формулировке вопроса, в первоначальном жесте, который выбирает проблему, точку зрения, направление смысла. Этот жест не сводится к статистической цепочке: он предполагает выбор, риск и открытость.

Интересный пример, который парадоксальным образом предвосхищает этот сценарий, — это случай Monkey Selfie. Юридический вопрос о том, кто является автором изображения (животное или фотограф), выявил ключевой момент: авторство не сводится к самому акту создания, а связано с интенциональным контекстом, придающим этому акту значение.

Аналогично, и в случае ИИ можно сказать, что:

• система генерирует результат,
• но именно человек определяет поле смысла, в котором этот результат становится «произведением».

По этой причине я не вижу в ИИ фаталистической судьбы замещения, а скорее мощный, но по своей природе неполный инструмент.

Риск небытия

Если и существует реальный риск, то это не исчезновение человеческого творца, а его отказ:

• отказ от постановки вопросов,
• отказ от принятия ответственности за выбор,
• отказ от поддержания согласованности во времени.

Иными словами, опасность не в том, что ИИ станет слишком человеческим, а в том, что человек согласится стать слишком статистическим.

И именно здесь призыв Анджелии к ответственности вновь становится центральным — не как реакционная или ностальгическая защита, а как активный акт определения смысла.